Широта и многогранность души русского народа

()

Конец апреля 1945 года. Последние дни третьего рейха уже начали свой отсчёт. Наши солдаты, полные воодушевления и отваги, один за другим шли на Берлин. Каждый из воинов тогда понимал, что конец войны близок, что война, унесшая жизни их родных, товарищей, знакомых, вот-вот кончится. Некоторых боль утраты будет мучить всю оставшуюся жизнь. Но были и те, которые скрепя сердце, продолжали жить по-настоящему, не погружаясь во всеобщее горе телом и душой. Только одни мысли могли успокоить всех, доживших до той поры – это мысли о родном крае.

Таким же мыслям придавался и старший сержант Николай Масалов. До въезда в Берлин – центр, давший метастазы фашизма — он мечтал о том, как вернётся домой, наконец-то увидит свою семью. Николая многие солдаты считали везунчиком: сам он родом из Сибири, немецкие захватчики так и не смогли туда проникнуть. Отнюдь, это вовсе не говорит о лёгкой жизни сибиряков. Им, как и всему нашему народу, сильно досталось.

Зайдя с юга в начале штурма города, через несколько дней солдаты 79-ой гвардейской стрелковой дивизии, в которой состоял и Николай Масалов, уже прорывались через центральные улицы с боем. На время выстрелы прекратились.

Солдаты решили использовать затишье, как преимущество. Они поставили задачу, тихо проникнуть в Тиргартен, самый большой, ещё и центральный, парк Берлина. Из центра товарищи красноармейцы смогли бы разделиться и постепенно взять весь Берлин. Однако на их пути стоял большой канал. Добираться до парка вплавь было самоубийством, поэтому солдаты решили сначала добраться до моста, а после него продолжить выполнение цели. Путь до него не заставил себя долго ждать. Немцы же всё ещё не показывались, что было даже очень хорошо для наших воинов.

Вдруг старший сержант Масалов услышал странный шум, доносившийся у берега, под самим мостом. То был всхлип, плач, шёпот – всё вместе. Солдаты смогли разобрать одно слово: «Муттэр». Масалов обратился к командиру:

-Товарищ, генерал-майор, разрешите разведать, что там происходит?

Тот лишь кивнул. Николай Масалов, отделившись от своей дивизии, направился к месту шума. Спустившись на берег, он увидел маленькую девочку в грязном сером платьице. Девочка стояла на коленях и легонько толкала труп взрослой женщины, при этом нашёптывая над её  ухом по-немецки:

-Steh auf, Mutter (вставай, мама).

Девочка повернула голову и лицезрела стоящего перед ней солдата. Он был высок, крепок, хорошо слажен; от удивления она ничего не могла сказать, но когда она увидела, что Масалов одет не в серую немецкую форму, она стала кричать. Николай тут же ринулся к ней и стал успокаивать всеми средствами, как мог. Сам он прекрасно понимал, что девочка эта – немка, а немцы – это враги. Солдат, конечно, мог оставить её рыдать здесь и дальше, но этого не сделал, потому что он, русский, не фашист. «Немцы жгли наши деревни, убивали стариков, даже не оставляли живого следа после себя. Нету жалости в их сердцах. Не дождутся они, я не отплачу им той же монетой»,- размышлял Масалов, успокаивая ребёнка. Старший сержант искренне стремился помочь маленькой девочке, хотел увести её от этого проклятого места, желал ей лишь добра. Николай всё же не чувствовал какого-либо презрения к национальности ребёнка, и не всех немцев он считал врагами СССР. Дитя, оно и есть дитя. Разве может маленькая девочка быть в чём-то повинна во время войны? Может она заслужить смерть лишь из-за того, что не является частью твоего народа? «Нет, мы не фашисты. Мы не звери»,- пришёл к выводу старший сержант.

Почувствовав объятия солдата, девочка притихла и даже прижалась к нему. Похоже, она поняла, что ничего плохого этот человек ей не сделает. Но было уже поздно. Враги услышали громкий крик и сбежались на него. Они увидели Николая, согнувшегося над девочкой, у моста, и открыли по ним огонь. Вместо того, чтобы спасать себя, он решил спасти девочку, прикрыв её собой. К счастью, товарищи Николая Масалова сдержали врага, дав тем самым старшему сержанту возможность укрыться в безопасном месте. Солдат взял девочку на руки и побежал с ней, унося её в надежное место.

Узнав об этом подвиге, меня переполняет гордость не только за весь наш русский народ, но и в особенности за сибиряков, потому что Николай Масалов был моим земляком. Этот человек показал, что в Сибири живут люди добрые и сильные, не столько внешне, сколько внутренне.

Как многогранна душа русского человека! Сердце этого народа состоит из доброты, которую не сломить и самыми страшными тяготами жизни, из даровитости, гостеприимства, трудолюбия, терпеливости, верности, стойкости, мужества, подвижничества, отзывчивости. Вот здесь жалость и сочувствие, испытываемые только настоящими людьми, показаны на примере одного человека, который собой характеризует русских.  Подумайте, ведь эти чувства есть в каждом из нас, но только они проявляются у всех по-разному. Иногда даже самые жестокие люди в глубине души могут задуматься о правильности своих поступков. Говорят, сам Адольф Гитлер никогда не посещал концентрационные лагеря по одной причине: он боялся, что вид угнетённых заключённых разбудит в нём сожаление. Кто знает, проснись в нём такое же чувство, как у Николая Масалова, может ход истории принял бы другое русло.

Подвиг старшего сержанта Масалова запечатлён в монументе воину-освободителю, поставленном в самом Берлине.

Насколько Вам понравилось это произведение? Оценить произведение!

Оцените книгу!

Средний / 5. Кол-во оценок:

Будьте первым, кто оценит эту книгу

Жаль, что книга Вам не понравилась

Помогите нам стать лучше!

Что могло бы сделать её интереснее?