Будет новый день

()

В ту ночь Павлу приснилась Наталья. Она стояла на взгорке и смотрела вслед ему, уходящему на фронт. На руках сидел Василек, а за подол её юбки держались Любаша с Татьянкой. Такой и запомнилась она ему перед отправкой на фронт.

Павел открыл глаза. Слякоть, казалось, проникла и в землянку. Сверху капало, снизу струились холодные ручейки и лапник, накиданный впопыхах, не спасал от холода. Не спалось. Среди бойцов ходили разговоры о скорой боевой операции, а это верный признак, что так и случится.

Стояли тогда близ Ладожского озера, недалеко от реки Свирь. Находившиеся приблизительно посередине образовавшегося выступа Синявинские высоты господствовали над простиравшейся вокруг лесисто-болотистой местностью, а через деревню Синявино проходила единственная в этом районе дорога с твёрдым покрытием — Путиловский (Архангельский) тракт. Всё это предопределило ожесточенность боёв за обладание этими ключевыми позициями. В ходе 1-й синявинской операции передовые части 54-й армии прорывались в район Синявино (к озеру Синявинскому, к окраинам деревни Синявино, к Рабочему посёлку № 7), но удержаться на этих позициях не сумели. По плану 2-й Синявинской операции район Синявино был намечен как место встречи советских войск, но наступавшие с востока, с территории Невского «пятачка» также как и дивизии 54-й армии, наносившие удар с запада, не смогли глубоко вклиниться в немецкую оборону, и район Синявино не был зоной непосредственных боевых действий. Потом была 3-я Синявинская операция тоже неудавшаяся. Советские части несли большие потери от пулемётного и артиллерийского огня с вражеских позиций на Синявинских высотах и продвинуться дальше вперёд не смогли. В сентябре бои приняли позиционный характер. Во второй половине сентября противник перешел в контрнаступление и отбросил советские войска на исходные рубежи. К началу октября положение сторон стабилизировалось.

Павел достал кисет с махоркой, закурил. Снова нахлынули воспоминания. Вспомнилась первая жена Мария, которая умерла вскоре после родов. Как покупали ему новые сапоги, хромовые с подковками. А потом веселые шли домой из города и кормили друг друга земляникой, что росла у лесной тропинки.

Холодная капля ударила за шиворот. Павел вздрогнул. Вдали слышны были взрывы и грохот орудий. «Далеко ещё наши» — подумал, затягиваясь и снова окунулся в водоворот воспоминаний: как остался один с двумя девчушками. Танюшке было 5 лет, а Любаше 4 месяца. Страшно было принять эту несправедливость, но так сложилась жизнь.

А потом его познакомили с Натальей, и не красавица вроде, но в глазах такие яркие лучики пляшут и улыбка добрая, да и детишек одному не поднять. Так и поженились. Перед самой войной, в 1941 родился Василий. Большой, крикливый, сразу видно, что добрым мужиком вырастет. Вели хозяйство: корова, свиньи, куры, огород. Сам работал в городском милицейском отряде, а Наталья с детьми, да в колхозе помогала.

Грохот и взрывы становились слышней. В землянку вбежал взводный, скомандовал построение. Павел схватил винтовку, затянул ремень потуже. Бойцы стояли с оружием, готовые к бою. Двинулись. Снова должны попытаться отбить Синявинские высоты – задача не из легких.

Начался бой, но в этот день Павлу не было страшно. Казалось, что выполняет обычную работу – освобождает родную землю от фашистской нечисти. Только крепче стиснул зубы, да винтовку в руках сжал. Взрыва он не услышал, осознал только, что перевернулся несколько раз в воздухе и упал как-то на бок, почувствовав нестерпимую боль в правой ноге. Посмотрел, а её и нет почти до колена. В голове закружилось, и мокрый снег закружился, закручиваясь в спирали. Павел потерял сознание.

Очнулся в госпитале, когда молоденькая медсестричка смочила пересохшие губы водой.

— Потерпи соколик, потерпи! Ничего, и без ноги можно жить, главное, что в живых остался, — говорила, убаюкивая.

После был еще госпиталь, уже не полевой. Долго не хотел верить, что это случилось с ним, нет у него больше правой ноги до колена. А как работать? Как хозяйство держать? По ночам плакал тихо, в подушку. А потом ничего, привыкать стал. Радовался, что наши прорвали кольцо блокады Ленинграда, что по всему фронту идут в наступление.

В 1944 году вернулся Павел в свою деревню Кухарево, что на Смоленщине. Наталья при встрече не заплакала, знала – не стерпит жалости, сказала только:

— Рада, что вернулся. Верила и ждала.

Стали жить. Работали в колхозе: она на ферме, он кладовщиком, да односельчанам обувь чинил. В 1945 родился сын Виктор – «победитель», а потом Нина, следом Владимир.

Войну Павел вспоминал нечасто, не любил. Вечерами, сидя у открытой печи зимой,  или летом, на лавке у дома, задумчиво говорил своей Наталье:

— Завтра будет день, Наталья, будет новый день.

Насколько Вам понравилось это произведение? Оценить произведение!

Оцените книгу!

Средний / 5. Кол-во оценок:

Будьте первым, кто оценит эту книгу

Жаль, что книга Вам не понравилась

Помогите нам стать лучше!

Что могло бы сделать её интереснее?